Порядок приоритетов: почему освобождение харедим от армии важнее иранского атома

 

В последний день февраля замминистра обороны США Колин Кахл объявил на слушаниях в Конгрессе, что Ирану для обретения возможностей создания собственного ядерного оружия осталось 12 дней. https://www.vesty.co.il/main/article/bysbikn0o

 

Кахл, правда, успокоил: это еще не бомба, но достаточное количество обогащенного урана для нее у аятолл уже будет. То есть, меньше, чем через две недели красный флажок упадет.

И теперь вопрос на засыпку: успеет ли Израиль за это ничтожное оставшееся время предпринять что-либо, чтобы не допустить появление у иранского режима собственного ядерного оружия, в чем все руководители нашей страны и ее системы безопасности, начиная с самого Биби, заверяли нас и весь мир?

Вопрос коварный и глупый. Осталось всего ничего – что и как можно успеть? До того ли нам – у нас домашние баталии по поводу юридической реформы, вся страна на ушах! На следующий день после сенсационного предупреждения вице-главы Пентагона на Капитолийском холме в Вашингтоне  вблизи нашего «Пентагона» — Кирии — тысячи демонстрантов перекрывали самый оживленный перекресток  в Тель-Авиве, по возможности уклоняясь от полицейских кулаков, объятий и шоковых гранат. Вечером, по обыкновению, в самый прайм-тайм по всем каналам премьер-министр обвинил  их в отсутствии патриотизма, насилии, пересечении красных линий.

Какой Иран, какая бомба! Как при такой занятости более актуальными проблемами можно что-либо предпринять за эти 12 дней?

Правда, у Биби времени на осмысление и подготовку было несколько больше. Смешно предположить, что сведения, которыми Колин Кахл счел возможным поделиться с конгрессменами 28 февраля, не были известны израильскому руководству и нашему Мосаду, о котором говорят, что он знает об Иране вообще все, позже, чем американской разведке.

Это мы, с легкой руки Колина Кахла, узнали о готовности Ирана к бомбе за 12 дней до момента пересечения им «красной черты». А у  Биби есть источники понадежнее.  Так что он знал о том, что Кахл сказал только сейчас, сильно раньше, точнее и в подробностях. Насколько раньше? За полгода, за месяц, за два? А хоть бы и так!  За эти два месяца, пока существует нынешнее правительство, Нетаниягу даром не терял ни дня, ни часу. И успел сделать удивительно много самых важных, самых неотложных дел.

Начать, например, проведение той же судебной реформы, расколовшей страну и превратившей ведущих ее экономистов, хайтекистов, бизнесменов, отставных военных и глав спецслужб в воинствующих оппозиционеров и, по его словам, анархистов,. Он и его соратники по коалиции не допускали никаких проволочек. Если бы они согласились на предложение президента – и заморозили проведение законов реформы, хотя бы на две недели, предоставив время переговорам, скорее всего не было бы по крайней мере этих массовых демонстраций. Во всяком случае, лишили бы оппозицию легитимного основания для них, которое сейчас у нее есть: «Кнессет наши возражения игнорирует – мы выходим на улицы!»

Но нельзя было терять эти две недели – время не ждет! И они успели принять важнейшие законы реформы – о приоритете правительства в назначении судей и о преодолении вето БАГАЦа простым большинством Кнессета. Дискутируйте теперь о чем хотите и сколько хотите митингуйте – больше нет помех для освобождения ультраортодоксов от армии. Это же не уран в Иране – с этим ждать было никак нельзя. Законотворчество у нас идет наперегонки с центрифугами, и мы пока впереди.

Всего за два месяца Биби успел очень много. Кроме неотложной и срочной реформы юридической системы, кучу всего первоочередного по мелочам. Например, утвержденный финансовой комиссией Кнессета новый порядок финансирования расходов премьер-министра и его семьи. https://detaly.co.il/otkrytyj-chek-dlya-semi-netaniyagu-pokazal-tak-teper-budut-utverzhdat-byudzhet/

Государство возьмет на себя содержание не только официальной резиденции премьера на улице Бальфура в Иерусалиме, но и виллу четы Нетаниягу в Кейсарии. Плюс к этому – финансирование поездок супруги премьера за границу, расходы на одежду, макияж и стрижку премьерской четы – 80 тысяч шекелей в год.

Вдвое больше, чем это обходилось казне раньше. Но тут хоть сумма определена. Остальные расходы на бытовое содержание первой пары государства впредь не станут ограничивать какими-либо рамками – они будут оплачиваться по факту: сколько Биби с Сарой потратили – столько за них и  заплатят.

Это, конечно, ничтожные расходы в масштабах страны. Но неважно, сколько, важно что: даже на эти мелочи хватило у Нетаниягу внимания и времени – не стал откладывать их решение на потом. Красноречивое свидетельство порядка приоритетов этого главы правительства и всего этого правительства. Что для них неотложные задачи и что отложенные.

Нам, конечно, знать не дано, что делается для предотвращения иранской ядерной угрозы в канун ее приближения – это секрет более строгий, чем то, сколько тратит премьерская чета на стрижку, макияж и одежду. Но если премьер-министр, знающий, что до обретения главным врагом его страны ядерного оружия остались считанные недели, может в эти недели фул-тайм заниматься проведением законов, помогающих ему избавиться от суда, и условиями содержания его резиденций, как избавиться от подозрений, что предотвращением  главной угрозы он либо не занимается, либо занимается не в полную силу – она для него не на первом месте?

Может, тогда, пока он занят главным для себя, иранской бомбой занимается профильный министр? Министр обороны Йоав Галант – боевой генерал, ему по силам. Но и у него голова должна болеть не о том. В последнее время, судя по тому, что сообщается в СМИ, генерал Галант занят разборками с министром Бецалелем Смотричем по поводу полномочий управления территориями. Опять не Иран – есть дела поважнее.

Если сведения, обнародованные Колином Кахлом, верны, и где-то 12 марта у иранских ядерщиков окажется достаточно обогащенного урана для создания первых бомб, а через небольшой срок и сами бомбы или боеголовки ракет, в израильском руководстве некому и некогда предотвратить этот момент. Оно занято другим – собой.

Почти тридцать лет разговоров, стенаний, увещеваний, обещаний и угроз, а как подошел критический момент – никого и ничего.

Речь вовсе не о том, что при другом стратегическом раскладе и другом уровне политического руководства следовало бы нанести упреждающий удар. Кто я такой, чтобы даже высказывать мнение об этом? Нужен удар или нет – должны взвешивать и решать те, кто уполномочены и  поставлены на это. Мы здесь, в публике, вправе лишь надеяться, что они примут взвешенное правильное решение. Но как на это надеяться, если они заняты чем угодно – только не действительной главной угрозой? Теперь расскажите мне еще что-нибудь об анархии и анархистах – что они на улицах, а не в самых высоких кабинетах…